Pokatun.ru

Скоро-скоро™.

Согласно данным избирательной комиссии, количество избирателей в России составляет 109’237’780 человек. Согласно данным ГУВД Москвы, количество участников “всенародного митинга” составило ~29’000 человек.

Две сотых процента.

Механику происходящего очень хорошо и ёмко описал Пелевин:

В оркских деревнях до сих пор приходят в религиозный ужас при виде СВЧ-печек. Им непонятно, как это так — огня нет, гамбургер никто не трогает, а он становится все горячее и горячее. Делается это просто — надо создать электромагнитное поле, в котором частицы гамбургера придут в бурное движение. Оркские революции готовят точно так же, как гамбургеры, за исключением того, что частицы говна в оркских черепах приводятся в движение не электромагнитным полем, а информационным.

Вполне возможно, что в числе прочих на завтрашний “митинг” придут и хорошие, добрые, возможно даже порядочные люди. Но тем не менее, любой, кто придёт туда не по служебной надобности, безоговорочно должен быть отнесён к семейству безрогих пиздоголовых баранов.

Название тех, которые не просто идут сами, а ещё и активно зазывают других, пользуясь своим влиянием и своей популярностью, я здесь писать не буду, там три страницы чистейшего мата с морскими загибами.

Quos Deus perdere vult dementat prius. Жаль только, что страна у нас общая.

Вот просто отлично сказано, я считаю:

Политические убеждения — они как мужской половой хуй. Хорошо, когда он есть. Замечательно, когда он стойкий. Но крайне невежливо размахивать им на публике, и уж тем более тыкать в других людей без их согласия.

Хотя мне повезло с кругом общения: пока что ни одного мудака с диагнозом “политический активизм и обострённая агитация” не выявилось. Так бы и дальше.

Перед “выборами” политическая агитация приобретает совсем уже неприличные размеры и формы. Правда, пока она касается только этих ваших интернетов — в реальном мире, как ни удивительно, здравая психика пока что уверенно берёт верх над ущербной. Но позицию-то отчего бы и не сформулировать? Потом когда-нибудь пригодится.

Первое и главное. Любой двуногий прямоходящий, оснащённый головным мозгом штатной конструкции, отчётливо понимает — “политика” есть всего лишь технология, посредством которой конкретные индивиды пытаются получить власть. А “власть” есть ни что иное, как “возможность изменять мир, как вам нравится”. Это очень важный момент: возможность изменять наш общий мир так, как нравится лично им. Настоящие интересы и потребности граждан ни одного из политиков, разумеется, не волнуют ни в малейшей степени. Здесь возможны случайные совпадения, но и только.

Второе и не менее главное. У человека, не аффилированного с политиками и не отягощённого тяжёлыми формами психозов, при взаимодействии с политической сценой действует один и только один принцип: выбор наименьшего зла. Как у врачей или системных администраторов, главное — не навредить. Понятно, что “партия жуликов и воров” это плохо, но “партия народной свободы”, или “партия яростных борцунов с коррупцией”, или “партия настоящих русских патриотов” — это несопоставимо хуже.

Свобода, равенство, братство, великие перемены и свержение тирании — всё это очень хорошо и завлекательно выглядит в речах и агитационных брошюрах. А на практике торжество неподкупных друзей народа почему-то всегда заканчивается тем, что тебя и твою семью везут в светлое будущее вот на такой тележке:

Да, так творится история. Но вот мне что-то не очень хочется въезжать в историю именно этим образом.

Тут можно было бы ещё много сказать о том, откуда на самом деле берётся коррупция, о воровстве и жульничестве, о том, что не бывает никакого “восточного” и “западного” менталитета, а бывает только северный и южный, ну — и так далее. Но как-нибудь в другой раз.

В пароксизме политической активности даже подумалось, а может, сходить таки на выборы, присунуть голым за “Единую Россию”? Но брезгливость победила. Не к “Единой России”, понятно, а к собственно системе всеобщего избирательного права. Ей-богу, даже слепая жеребьёвка была бы куда более разумным способом делегирования права на законотворческую деятельность.

Впрочем, если какой-нибудь ушлый технолог поставит за меня галочку напротив шестого (или какой он там по счёту) пункта — я не обижусь.

Яблокам — сосать.

Как-то так.

Просто удивительно, какое количество относительно умных, вменяемых и ранее не замеченных в потворстве современным сектам людей посчитали своим долгом отметиться яростным набросом на некий очередной анти-педерастический законопроект, изготовленный на днях деятелями законодательного собрания Санкт-Петербурга. На алтаре адептов пропаганды однополого соития сожжены мегабайты данных, киловатты электрической энергии и неисчислимое количество атомов эрбия (которые, если верить британским учёным, испускают специально обученные кванты, компенсируя тем самым затухание сигнала в оптическом волокне — квантовая оптика на стороне Добра, так сказать).

Нет, ясно даже и ежу, что закон вышел дефектным. Собственно, у нас вообще все законы такие (смеха ради почитайте, например, Жилищный кодекс, или 94-ФЗ). Закон ведь по сути своей является программой, и чтобы он вышел годным, его нужно писать, отлаживать и тестировать по всем канонам программерского искусства. Мы же делегируем законотворческую деятельность каким-то случайным проходимцам из государственных думок, а потом страшно удивляемся, когда на выходе получается абсолютный дрэк.

Дело в другом. У нас прямо сегодня на повестке дня стоят чуть более увлекательные проблемы. Ну там, климатические и техногенные катастрофы, грядущий крах мировой экономической системы, некомпетентные правительства, политическая нестабильность и стремительная деградация социума. А наши лучшие умы всерьёз озабочены вопросом, могут ли мужики пялить друг друга и рассказывать об этом детям.

У публики ведь что сейчас на уме? Один гомосексуализм. Ну, еще арабы на уме, Израиль, Голанские высоты, Моше Даян. Ну, а если прогнать Моше Даяна с Голанских высот, а арабов с иудеями примирить? Что тогда останется в головах людей? Один только чистый гомосексуализм.

Даже как-то неудобно перед археологами будущего. Наши дата-центры, понятно, сгорят вместе с нами, но если эти люди-крабы (или кто там будет) всё-таки что-нибудь откопают и расшифруют?

Сегодня по дороге на работу наблюдал редкую сцену: планерку бригады попрошаек. Присутствовал менеджмент – пара упитанных мордоворотов и девка с крысиным лицом. Также присутствовали средства производства – два безногих инвалида, тощие, грязные и хорошо поддатые. Решался вопрос, кого поставить к метро. Судя по нытью инвалидов, стоять у метро – плохо, туда ставят в наказание.

Надо было, конечно, фотку сделать, но у меня по этому поводу комплекс: фотографировать людей без их разрешения я считаю хамством. Даже таких вот недо-людей.

К чему я это все. Когда в метро очередной безногий (в камуфляже и с медалькой, понятно) прохрипит свое “помогите, кто чем может”, нужно немедленно вызвать в памяти морды хозяев этого поганого бизнеса. Вопрос “как же можно не подать инвалиду” сразу же потеряет в остроте.

Какой-то невероятно траурный год для отрасли информационных технологий. Стив Джобс, Деннис Ритчи, теперь вот Джон Маккарти, один за другим. Уходят люди, которые в буквальном смысле создавали нашу обитаемую вселенную.

Понятно, что никто не будет жить вечно, но всё равно очень неуютно и грустно от таких новостей.

Когда-то на глаза попалась историческая байка: дескать, Фёдор Иванович Тютчев, когда ему случалось проезжать в виду Московского Университета, всегда останавливал извозчика и смачно плевал в сторону цитадели классического образования. Понятия не имею, правда, или нет, да это и неважно.

Вот прямо сейчас по ссылке из ленты случайно набрёл на журнал некоего гражданина, который учится в том самом университете на журналиста. Содержимое журнала типично для тупорылого недоросля, имеющего вместо мозга пропущенное через лошадь сено, поэтому авторские высеры ни малейшего интереса не представляют, и дальше первого экрана идти незачем. Но на первом экране попалась изумительная история про чувака, который пытался поступить в МГУ на факультет геологии. Чувак сдал геологию и математику на высшие баллы, а за сочинение получил двойку, поэтому его не приняли.

Спрашиваю про тему. "Грибоедовские мотивы у Пушкина". Мать моя! Да я б все свои белые трусы раздал бы нищим за такую тему на вступительных экзаменах! И дальше он мне начинает рассказывать про то, как Грибоедов и Пушкин были выдающимися представителями романтизма. Тут мы моментально и заканчиваем разговор о литературе.

Возможно, я чего-то не понимаю в устройстве нашей вселенной, но зачем будущему геологу даже подозревать о том, что в творчестве Пушкина были какие-то там “грибоедовские мотивы”? Да как вообще можно требовать от геолога сочинения, более сложного, чем “как я провёл лето”? Он же геолог, а не литературовед. Было бы очень забавно посмотреть на ширину зрачков будущих литературоведов, которым при поступлении задали бы работу по доказательству стойкости криптографических алгоритмов, например.

Похоже, что Фёдор Иванович Тютчев знал, о чём плевал. Университет, my ass.

Одно из самых главных в жизни — правильно умереть. Полковнику это удалось.

R.I.P.