Архив метки: мысли

Про текущий политический момент

Что это было? Очень просто: вчера на политическую карту мира вернулась Российская Империя. То есть возвращение случилось немножко раньше, но теперь это официально, как говорят наши “стратегические партнёры” по другую сторону океанов.

Лично у меня по этому поводу смешанные чувства. Но главным из них, безусловно, является чувство глубочайшего удовлетворения.

К психозу дня

Поразительно, но та часть дорогих россиян, которая относит себя к “активистам”, похоже, вообще не понимает сути жизненного явления под названием “конфликт интересов”.

Пояснить проще всего на примере. Вчера, когда психоз дня™ только-только начинал разогреваться (принцип здесь как у СВЧ-печки, примерно), моя новостная лента принесла мне благую весть о том, что широко известный в узких кругах политический аферист был осуждён на пять лет за мошенничество. Новость и новость, да? Но дело в том, что это была моя лента футбольных новостей, забираемых моим новостным агрегатором с профильного спортивного портала.

Казалось бы — где футбол, а где вся эта политическая дрянь? Казалось бы — пользоваться служебным положением для политической пропаганды есть нарушение профессиональной и деловой этики? Но редактор спортивного портала почему-то так не считает. Он почему-то считает, что за правое дело™ все средства хороши. Или, другими словами, “если нельзя, но хорошему человеку очень хочется, тогда можно”.

И эти люди что-то рассказывают нам о коррупции. Очень хочется повторить вслед за Михаилом Афанасьевичем, царствие ему небесное:

Коррупция не в кабинетах, а в головах. Значит, когда эти баритоны кричат “Бей коррупцию!” — я смеюсь. Клянусь вам, мне смешно! Это означает, что каждый из них должен лупить себя по затылку! И вот, когда он вылупит из себя всякие галлюцинации и займется чисткой сараев — прямым своим делом, — коррупция исчезнет сама собой.

Профессор Преображенский был хоть и премерзкий персонаж, но вместе с тем умнейший человек.

Про политическую позицию

По поводу сношений жабы с гадюкой — то есть того эпического противостояния светлых и чистых лиц™ с ревнителями и мракобесами, которым медиа-поток забит чуть менее, чем полностью — на глаза попалась ёмкая и внятная формулировка:

Да, с другой стороны дерьма тоже много (наверное, даже больше), но другая сторона вменяема и договороспособна — и уже просто поэтому заслуживает поддержки именно она. Тут на сам деле нет выбора. С одной из сторон невозможно иметь дело чисто технически.

И ведь действительно. С чистыми и светлыми лицами™ — как и с представителями любой вообще деструктивной секты, ну или как с цыганами — действительно нельзя иметь дела. Даже не потому, что противно (а ещё как противно), просто бесполезно.

По вопросу мерзких литературных персонажей

Выношу, как это модно сейчас говорить, из комментов. Речь пойдёт о “профессоре Преображенском”.

Q.: А что уж такого мерзкого в это персонаже?

A.: Ну, давай посмотрим. Начнем прямо с базового уровня и первым делом заглянем к профессору в столовую. Преображенский ведет шикарный (если учесть контекст) образ жизни, немыслимый для сеттинга “военный коммунизм” и с огромным трудом представляемый в сеттинге “переход к новой экономической политике”. Люди по соседству едят — отнюдь не досыта — протухшую солонину, а у профессора в любое время только приоткрой кастрюльку — пар, подобного которому нельзя отыскать в природе. Как ему  удаётся?

Действительно, Преображенский — крупный учёный, европейское светило науки. Но почти в то же время другое европейской светило (Персиков его фамилия) где-то неподалёку умирает от холода и бескормицы, и никто ему на помощь не приходит. Преображенского кормит не “европейское имя”, а частная врачебная практика, причём весьма специфического свойства. Профессор занимается “омоложением”, говоря по-русски — обслуживает старческую похоть разнообразной богатой и/или влиятельной сволочи, за что имеет сытную кормушку и протекцию властей. Агенты ГПУ, разумеется, могут постучаться в его двери, но только в качестве почётного эскорта для визита к высокопоставленному людоеду, то есть, простите, пациенту.

Принято считать, что у больших художников (а Булгаков, безусловно, из таких) не бывает ничего случайного в мелких деталях. Михаил Афанасьевич в медицинских делах разбирался очень хорошо и мог дать своему персонажу почти любую специализацию, но предпочёл — вот такую. Хоть сюжетом это и не требовалось.

Чисто бытовая деталь. Профессор не чужд остроумию, но его юмор немножко отдаёт виселицей:

Заметьте, Иван Арнольдович, холодными закусками и супом закусывают только недорезанные большевиками помещики.

Шикарный стенд-ап, хоть сейчас на “Первый канал”.

Порубил зелень, как красный комиссар жителей украинской деревни.

Оно, конечно, человечество расстаётся с прошлым, смеясь — но всё-таки следует заметить, что для Преображенского массовая резня ему подобных вовсе никакое не прошлое, а происходит здесь и сейчас, буквально за стенкой.

Что ещё можно сказать о складе ума и характера? Профессор очень гордится своим интеллектом и положением в социуме, искренне считает себя костью снежно-белого цвета. Черную кость при этом презирает необычайно, почитает “оборванцев” людьми третьего сорта (отстают в развитии от европейцев лет на двести), если вообще людьми. Быдло, по мнению Преображенского, обязано чётко знать своё место:

– Городовой! Это и только это. И совершенно неважно – будет ли он с бляхой или же в красном кепи. Поставить городового рядом с каждым человеком и заставить этого городового умерить вокальные порывы наших граждан.

Очаровательная маленькая проповедь любви и уважения к ближним. Но почему-то интеллигентные и образованные люди с чистыми, светлыми лицами, не спешат “раздёргать на цитаты” именно этот фрагмент. Соседний, про “разруху в головах”, запросто, мало на заборах не цитируют; а вот гимн полицейским дубинкам — отчего-то нет. Интересно, отчего?

Помимо вкусной обильной еды и чистой денежной работы у профессора Преображенского есть мечта. Он мечтает об евгенике, об улучшении человеческой породы. Из чего, кстати, прямо следует, что к самой “человеческой породе” профессор никаких симпатий не питает. В этом Преображенский схож с тогдашними кремлёвскими мечтателями — только те пытались вывести “нового человека” посредством политического просвещения и массовых расстрелов, а профессор — кромсая скальпелем различных животных. Интересно, а если бы кромсать (вполне легально и при поддержке правительства) можно было не только собак и кроликов, но и людей тоже? Вписался бы Филипп Филиппович в компанию к Йозефу Менгеле, Зигмунду Рашеру, Сиро Исии и прочим мастерам-прагматикам?. Вопрос, разумеется, риторический. Не знаем, и не узнаем™.

Нет ничего плохого в том, чтобы мечтать о дивном новом мире, пришествии сверх-человека и даже ставить по этому поводу опыты. Нет ничего плохого и в том, чтобы зарабатывать на хлеб с икрой, пришивая яичники молодых обезьян стареющим блядям. А в совокупности? Ну как если бы человек проникновенно читал Нагорную проповедь, находясь в состоянии сильнейшего полового возбуждения. Слова гениальные, и эрекция — своего рода дар божий, но не сочетается одно с другим, категорически.

Разумеется, Шариков — это злая сатира на “русский народ”. Но Преображенский — ещё более злая сатира на “русскую интеллигенцию”.

Мерзейший персонаж, как и было сказано.

Про римские поговорки

В попытках искоренить собственное невежество попытался найти исходную версию столь популярной у современников поговорки про de mortuis aut bene aut nihil. Есть, кстати, мнение, что aut nihil не из уважения (довольно странно уважать кадавра, даже для древних), а банально из страха. Чтобы не дотянулся, проклятый, из могилы.

Полистав сборник крылатых латинизмов, обнаружил четыре (!) варианта поговорки, строго противоречащих друг другу по смыслу.

Чёрт бы драл этих римлян. О стандартизации они, небось, и не слышали никогда.

Про кошерные браузеры

Сегодняшний текст несколько необычного жанра, фактически — «по заявкам радиослушателей». Не то, чтобы совсем непривычно (всё-таки пара десятков статей для компьютерного глянца у меня вышла), но обычно обращение к значимой аудитории это всё-таки работа. А тут, стало быть, нечто общественно (будем надеяться) полезное.

Речь пойдёт о современных браузерах, как таковых, а также о том, какой из них лично я считаю самым кошерным. Букв будет много, даже слишком, поэтому кат.

Читать далее

Про бунт тунеядцев

Вообще-то я зарёкся обращать внимание на политику. Все основные события уже произошли, а то что осталось, есть не более чем шевеление блох в шерсти барбоса.  Но нельзя не признать гениальность старика Эйнштейна, сделавшего своё знаменитое замечание о Вселенной и человеческой глупости. Поводы для удивления наша “уличная политика” доставляет (в битардовском, понятно, смысле слова) щедро и регулярно.

Милая девушка так красиво страдает, что и не поверишь, будто она только что швыряла в полицейских кусками асфальта.

Удивительно само явление: бунт тунеядцев. Существа, которые ничего не создают, а только потребляют, которые за свою жизнь не отдали честной работе ни дня — эти существа внезапно потребовали себе инструментов и привилегий для уничтожения государственной системы. С чего? А ни с чего, просто им вдруг захотелось. Понятно, когда бунт (он же забастовка) служит инструментом торговой войны служащих с нанимателем. Понятно, когда обитатели нищего негритянского района под предлогом полицейского беспредела (“они убили Кенни! сволочи!”) устраивают погром, такова уж их негритянская природа. Понятен голодный бунт крестьян, замордованных господами до потери человеческого облика. Понятен даже бунт военных, которым захотелось переделать систему на свой лад. Но здесь? Стоит труба, по трубе течёт тёплая нефть, на трубе потихоньку растёт плесень.. И в какой-то момент плесень вдруг заявляет: а теперь подайте-ка мне от этой вашей трубы руль. Сюрреализм, ей-богу. Готовый сюжет для подражателей Лавкрафту.

Удивительно наблюдать в интернетах за явлением по имени “индуцированный психоз”. Масса вполне вменяемых личностей, ранее как-то не замеченных в оголтелой либерастии головного мозга, дружно включает режим “яссные гласске”, исписывает десятки экранов детским лепетом про “мирный протест” и “пять-восемь метров”, чертит карты каких-то “согласованных маршрутов”, ну и так далее. Ясно ведь даже и ежу, что единственная цель профессиональных провокаторов (они же “организаторы митинга”) заключалась в устроении гражданских беспорядков. Собрать как можно больше беззащитных штатских, инфильтровать их своими штурмовиками и стравить с полицией. В идеале — с трупами на выходе, как минимум — получить сочную картинку для экспорта. Чтобы этого не понимать, нужно отключить голову чуть менее, чем полностью, но ведь и отключают. Та самая индукция, причём даже не нужен прямой контакт, достаточно “Живого журнала”.

Удивительно, какое количество не самых тупых на свете людей предложило свои услуги в качестве добровольных терпил. Причем многие явились на “шествие” со своими женщинами и детьми, едва ли не грудными. Говорят, видели в толпе даже и беременных. Остаётся только разинуть рот: базовые природные инстинкты оказались начисто вытеснены какой-то сраной политикой. Возможно, городские жители действительно потихоньку вырождаются? Других-то объяснений просто нет.

А вот видеозаписи с места событий никакого интереса не вызывают, кстати. Там всё, как положено: перекошенные морды, выпученные глаза, оскаленные слюнявые рты, истеричные злобные выкрики, кулаки и булыжники, агрессия, хамство, и ненависть хлещут через край. Чистые, светлые лица™ во всей своей красе.

Зато удивителен тот факт, что московские власти, кажется, начали осознавать: силовое противодействие не имеет смысла без соответствующего противодействия в медийном пространстве. В прежние времена топорная фальшивка про “зверское избиение полицейским беременной девушки” гуляла бы по сетям недели две. А сейчас через правильный промежуток времени (ровно столько, чтобы самые нетерпеливые трансляторы фальшивок успели подставиться) были вброшены разъяснения, причём — с фотографиями и очевидцами, не подкопаешься. Не зверское, не избиение, не беременная, не девушка. Правда, поступок полицейского всё равно вызывает некоторые сомнения. Понятно, что дать пинка по девичьей ляжке для стража порядка невместно, даже и при задержании с поличным; с другой же стороны, хипстер ведь является мужчиной только чисто технически? Но это пусть полиция сама внутри себя разбирается, конечно.

И наконец, крайне удивительна плюшевость наших отрядов полиции особого назначения. Откуда эта неуместная забота о здоровье агрессивных баранов? Ни резиновых пуль, ни слезогонки, ни водомётов, вообще ничего. По-моему, следует немедленно обращаться за помощью к тем из наших союзников, кто обладает соответствующим опытом защиты демократии и свободы. Пусть экстренно присылают хотя бы роту из Нью-Йорка, например. И пусть проведут пару мастер-классов на тему правильного курощения активистов “оккупируй что-то там”. На Москве какие-то ебанашки всё ещё “протестуют” и даже оккупируют некий пруд — отличное выйдет учебное пособие.

Истину говорят: история повторяется. Вначале трагедия, потом фарс, ну а потом и анекдотов насочиняли™. Сто лет назад был Гапон и настоящие свинцовые пули, сейчас Кар Навальный, резиновые палки и отеческий пинок по ляжке. Страшно подумать, до каких мышей доиграются в “уличную политику” наши потомки.

И последнее про политическую позицию

Механику происходящего очень хорошо и ёмко описал Пелевин:

В оркских деревнях до сих пор приходят в религиозный ужас при виде СВЧ-печек. Им непонятно, как это так — огня нет, гамбургер никто не трогает, а он становится все горячее и горячее. Делается это просто — надо создать электромагнитное поле, в котором частицы гамбургера придут в бурное движение. Оркские революции готовят точно так же, как гамбургеры, за исключением того, что частицы говна в оркских черепах приводятся в движение не электромагнитным полем, а информационным.

Вполне возможно, что в числе прочих на завтрашний “митинг” придут и хорошие, добрые, возможно даже порядочные люди. Но тем не менее, любой, кто придёт туда не по служебной надобности, безоговорочно должен быть отнесён к семейству безрогих пиздоголовых баранов.

Название тех, которые не просто идут сами, а ещё и активно зазывают других, пользуясь своим влиянием и своей популярностью, я здесь писать не буду, там три страницы чистейшего мата с морскими загибами.

Quos Deus perdere vult dementat prius. Жаль только, что страна у нас общая.

Про далёкие-далёкие радуги

Просто удивительно, какое количество относительно умных, вменяемых и ранее не замеченных в потворстве современным сектам людей посчитали своим долгом отметиться яростным набросом на некий очередной анти-педерастический законопроект, изготовленный на днях деятелями законодательного собрания Санкт-Петербурга. На алтаре адептов пропаганды однополого соития сожжены мегабайты данных, киловатты электрической энергии и неисчислимое количество атомов эрбия (которые, если верить британским учёным, испускают специально обученные кванты, компенсируя тем самым затухание сигнала в оптическом волокне — квантовая оптика на стороне Добра, так сказать).

Нет, ясно даже и ежу, что закон вышел дефектным. Собственно, у нас вообще все законы такие (смеха ради почитайте, например, Жилищный кодекс, или 94-ФЗ). Закон ведь по сути своей является программой, и чтобы он вышел годным, его нужно писать, отлаживать и тестировать по всем канонам программерского искусства. Мы же делегируем законотворческую деятельность каким-то случайным проходимцам из государственных думок, а потом страшно удивляемся, когда на выходе получается абсолютный дрэк.

Дело в другом. У нас прямо сегодня на повестке дня стоят чуть более увлекательные проблемы. Ну там, климатические и техногенные катастрофы, грядущий крах мировой экономической системы, некомпетентные правительства, политическая нестабильность и стремительная деградация социума. А наши лучшие умы всерьёз озабочены вопросом, могут ли мужики пялить друг друга и рассказывать об этом детям.

У публики ведь что сейчас на уме? Один гомосексуализм. Ну, еще арабы на уме, Израиль, Голанские высоты, Моше Даян. Ну, а если прогнать Моше Даяна с Голанских высот, а арабов с иудеями примирить? Что тогда останется в головах людей? Один только чистый гомосексуализм.

Даже как-то неудобно перед археологами будущего. Наши дата-центры, понятно, сгорят вместе с нами, но если эти люди-крабы (или кто там будет) всё-таки что-нибудь откопают и расшифруют?